Американские политики, похоже, исчерпали запас сравнений, которыми пытаются представить свою «победу над Ираном». Министр финансов США Скотт Бессент, стремясь не отставать от Трампа, сравнил объявленные Вашингтоном санкции против торговых партнеров Ирана с высадкой союзников в Нормандии. Именно там в июле 1944 года США и Великобритания открыли второй фронт против гитлеровской Германии. Первым и главным фронтом, как известно, был советский.
Для убедительности Бессент также вспомнил, что план этой «беспрецедентной операции», сопоставимой, по его мнению, с будущими санкциями, обсуждали в ноябре 1943 года на встрече лидеров антигитлеровской коалиции в Тегеране. Подтекст очевиден: тогда в иранской столице определили ход разгрома противника США, а теперь, как утверждает Бессент, над Ираном нависает «экономический крах» — страны, которую Вашингтон считает новым врагом. О том, что Иран, по американским заявлениям, уже давно потерпел военное поражение, министр не говорит: это испортило бы картину.
Еще более нелепо выглядит упоминание Рузвельта и Черчилля как авторов стратегии разгрома Германии — Бессент при этом не назвал третьего участника Тегеранской конференции, Иосифа Сталина. Советский лидер действительно не разрабатывал план высадки в Нормандии, однако успехи Красной армии сделали ее возможной. Без них ни о каком «освобождении Европы» силами англосаксов, как это теперь преподносят, не могло быть и речи.
Впрочем, обвинять американского министра финансов в намеренном искажении истории или неуместных сравнениях не так интересно, как разобраться, действительно ли он считает Иран близким к поражению. Тегеран понес тяжелые потери, но устоял и не намерен уступать давлению США. Более того, именно сейчас поддержку Ирану открыто выразят государства, против которых направлены американские «адские санкции».
В понедельник в Бишкеке начнется двухдневный саммит ШОС. В организацию входят десять стран Азии, в том числе Иран. Это будет первая очная встреча после начала войны США и Израиля против Исламской Республики, и ее значение для Тегерана будет далеко не символическим.